Было бы глупым молчать, имея возможность (в отличие от абсолютного большинства американцев) высказать свое "американско-усыновительное фи" на чистом русском.
Буквы голословны. Можно запросто придумать, что ребенок в два года еле ходил, не говорил, бился головой об стены, кусался, пинался, не подпускал к себе и прятал еду по углам, как собаки прячут кости.
А вот фотографии не обманут, ибо малыша нельзя заставить искренне улыбаться на публику или хмуриться по заказу.
А посему вот мой личный ответ в картинках. Кому? Известным лицам вроде Кабаевой, Кобзона, Родниной, Савицкой и Сафина (которыми в разные времена и по разным причинам большинство из нас, уверена, искренне восхищалось). Не очень известной, но уже такой
печально прославившейся Лаховой. Всем остальным депутатам, проголосовавшим сегодня "за". А также тем россиянам, которые считают, что патриотизм может оправдывать даже такие законы, которые лишат надежды на дом и семью детей, вроде моего Лёшки.
Готовы?
Вот так наш сын выглядел в первый день знакомства, в ноябре 2011 года...
Безысходность в Лёшиных глазах мы наблюдали все четыре месяца, пока навещали его в доме ребенка...
Дом ребенка был хорошим, но наш ребенок в нем не рос. Совсем...
Дожидался квоты на обследования в лучших больницах страны, а прогресса все равно не было...
Вот такой совершенно недетский взгляд был у Лёши в день, когда мы забрали его домой...
А так он первое время реагировал на все новое и незнакомое...
И был таким слабым и маленьким, что от одного вида сжималось сердце...
Особенно в контрасте с "домашним" братом (который на самом деле младше Лёши на несколько недель)...
Потом были долгие месяцы откармливания/отпаивания/отогревания/подставить нужное, фоты чего я регулярно публиковала здесь.
Через девять месяцев дома Лёша выглядит так -
Последняя фотография - сегодняшняя. Ребенок, который говорил два слова в два (!) года, сегодня говорит на двух языках. Знает цифры, цвета и формы. Бегает и лазает, как мартышка. Но дело даже не в этом. Самое главное то, что на его лице нет сегодня даже намека на ту безысходность, которую он выражал всем своим существом, пока находился в системе.
Я - не самая сильная мама. Я устаю, срываюсь и отчаиваюсь порой намного сильней, чем многие мои знакомые, вместе с которыми мы прошли этот тернистый путь "американского усыновления".
Я восхищаюсь Ванессой, которая усыновила нашу путеводную звездочку Антоху. Я восхищаюсь Ларисой, которая находит время не только на своего сладкого непоседу, но и на помощь другим родителям, находящимся в процессе усыновления или адаптации. Я восхищаюсь Келли, которая так любит свою красавицу-дочку, что надеется усыновить в России еще раз. И всеми другими родителями, которые не побоялись пройти этот путь и выйти из него победителями.
Не для себя, заметьте. А для того, чтобы у наших детей была будущность и надежда.
Которой тысячи оставшихся там так легко сегодня лишили...